Сайт находится в стадии разработки. Вашему вниманию представлена бета-версия.

 

Москва, 02.12.2021

Календарь событий

пнвтсрчтптсбвс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728

< назад | вперёд >


 

Российский Детский фонд - организация взрослых в защиту детства




Вы здесь: / > Новости > Альберту Лиханову пришло письмо от старого знакомого

26.02.10 — Альберту Лиханову пришло письмо от старого знакомого

Лиханов Альберт Анатольевич. Новости.

Здравствуйте, Альберт Анатольевич!

Пишет Вам Николай Алексеевич Некрасов. Тот самый, который,почти 50 лет назад приехал из далёкой деревушки Кировской области на областной семинар рабочих и сельских корреспондентов молодёжной газеты «Комсомольское племя».

Написать я Вам хотел давно и с великой благодарностью за то, что на моём начальном жизненном пути мне посчастливилось встретиться с Вами. Эта встреча в дальнейшем во многом определила мои поступки, действия, мировоззрение.

В жизни всякое было: много трудностей, и очень сложных, но, видно, Господь ко мне благосклонно относится. Удивительно, но всё, о чём я мечтал в детстве (в дошкольном и школьном возрасте), сбылось. Порой происходило неожиданно...

Жил у нас в деревне дядя Коля, фронтовик, у него был фотоаппарат на трёхножке. Иногда, бывало, он выставит его на улице под своим окном, укроет голову под чёрным покрывалом и что-то смотрит через окошко фотоаппарата. Мне очень хотелось посмотреть: что же он там видит такое интересное? Я мысленно поставил себе цель: вырасту, буду работать, и тоже куплю такой же фотоаппарат. Так и сделал. После окончания школы я прошёл курсы фотографов и затем работал в фотоателье. И с такой же трёхножкой.

В сельской библиотеке работал библиотекарем дядя Ваня. Я часто бывал там. Знал, что дядя Ваня - селькор, пишет заметки в районную газету, и его уважали. Я тоже решил, что вырасту и стану штатным корреспондентом. А пока с 5 класса стал юнкором - начал писать заметки в районную газету, а потом и в областную молодёжную.

Года за два до службы в армии я переехал на жительство в Пермскую область, в город Добрянку. Сначала работал в фотоателье, отслужил в Армии и снова пошёл в фотоателье. А вскоре, как молодого коммуниста, райком партии направил меня секретарем комсомольской организации на стройку. А на уме у меня всё время была газета. Через год попросился в районную газету, приняли литсотрудником с условием, что я поступлю учиться в ВУЗ. И однажды зимой позвонили из обкома партии и спросили - есть ли кто-то достойный из сотрудников и желающий поступить на отделение журналистики в Высшую партийную школу при ЦК КПСС в г. Ленинград? Взявшая трубку сотрудница ответила: конечно же, есть такой кандидат! В моём лице. На область дали всего 5 мест. И надо было не подвести, не потерять места. И я прошёл все беседы и испытания. Через 5 лет получил Диплом. Таким образом, сбылась ещё одна мечта моего детства - стать журналистом.

Проработал в редакции более 20 лет, прошёл все должности: литсотрудник, корреспондент, зав. производственным отделом, зав. отделом писем, ответственный секретарь, зам. редактора, редактор.

А что же со школой? Ведь я хотел стать учителем!

В первом классе очень нравилась мне моя учительница Мария Алексеевна Харина. И я сказал себе: вырасту и тоже стану работать в школе. Но время ушло, и я уже считал эту мечту невыполнимой. Но всё произошло неожиданно... В 1993 году я очень тяжело переживал гайдаровскую реформу с повышением цен. Однажды в магазине увидел такую картину: два мальчика лет 10 стояли передо мной у кассы. Один из них протянул продавцу пол-литровую банку для сметаны. Та, налив сметану, приготовилась вытереть потёк по краям банки тряпочкой, но мальчик попросил не вытирать. И она, свесив сметану, протянула банку мальчику. Тот лизнул сметану, а его друг с жалким голосочком спрашивает: «Вкусно?» Эта сцена очень больно задела мою душу. Жалко стариков, взрослых - для многих магазины превратились в музеи, но ведь они сами в этом виноваты, они голосовали за такую жизнь. А дети-то почему должны страдать?

В то время я работал в редакции районной газеты, меня беспокоил вопрос: как помочь детям, чтобы хлебушко и молочко не было для них деликатесом? И вскоре вдруг меня пригласил к себе Глава района и предложил должность директора специальной (коррекционной) школы - именно для такой категории детей, которые особенно нуждаются в поддержке. Через 7 месяцев школа должна была начать свой первый учебный год, а на то время, когда мне предложили место директора, не было ни педагогического коллектива, ни даже самого здания. Нет ничего, даже финансирования. Я отказывался, а Глава настаивал. После месяца раздумий я, наконец, решился: ведь я же хотел в детстве, что буду работать в школе! Мало кто верил, что школа будет, ведь шёл 1994-й год. Тяжёлый год. Но я решил во что бы то ни стало доказать, что школа будет! Ведь я же коммунист! Работа без выходных, 15 часов в сутки - и школа в срок приняла своих первых учеников.

8 лет я проработал директором школы. Замечательный коллектив (и педагогический, и ученический) сложился. Для детей школа стала даже не вторым, а первым домом.

И однажды я сказал своим коллегам: всё в моей жизни сбылось, кроме одного. Был у нас в деревне дед, который на зависть мне играл на гармошке, балалайке, а ещё у него был патефон. Иногда он разрешал мне крутить ручку патефона. Вот вырасту, думал я, буду работать и тоже куплю патефон, и балалайка у меня будет... И, как-то тоже неожиданно, начальник управления образования мне предлагает: «Я Вам благодарна за то, что вы создали школу, отлично прошла аттестация, а сейчас я предлагаю вам другую работу - в Центре дополнительного образования детей». Я отказывался, говорил, что школа - мой дом, я не смогу без неё жить, а она в ответ: «Всё возвращается на круги своя, в Центре будете вести и педагогическую и журналистскую работу. Хотим выпускать газету при управлении образования». Уговорили всё-таки. И теперь на новой работе с утра до вечера звучит музыка, занимаются баянисты, гитаристы, пианисты... Кругом музыка. Мечта сбылась.

Наступал срок выхода на пенсию. Говорят, что переход в новое состояние проходит тяжело. Но где-то года за два до пенсионного возраста мне позвонили из местной церкви, приглашает на беседу благочинный округа: есть идея организовать выпуск православной газеты. Были другие кандидаты на это дело, но не сошлись. Батюшка поверил в меня, нашли общее понимание, и вот уже четыре года занимаюсь выпуском православной газеты на общественных началах. При церкви создали Духовно-просветительский образовательный центр. Работаем со школами, проводим семинары, концерты, экскурсии по святым местам и многое другое. Когда кто-то из числа «недалёких» мне говорит с упрёком:

 

«Как вы работаете в церкви - ведь вы же коммунист?» А я отвечаю: «Идеи социализма основаны на заповедях Христа» - и человеку не остаётся ничего, как согласиться со мной. Я не могу предать своих родителей, предать то, что дала мне Советская власть, не могу предать историю, не могу перевертываться соответственно времени, как многие это делают. А если кто-то упрекает меня в чём-то, так это из числа тех, кто и в церковь не ходит, и на выборы не ходит, и в Компартии не состоит, а тихо возмущается порядками за углом, и ждёт, что кто-то за него что-то сделает.

Но и продолжаю ещё немного работать в светском Центре дополнительного образования детей. Избрали меня председателем профкома, членом райкома профсоюза работников образования и науки.

A ещё а хочу рассказать о следующем. Одним из самых приятных воспоминании моего детства стала моя поездка на областной семинар газеты «Комсомольское племя».

... В перемену школьный завхоз дядя Ваня принёс мне записку: звонили из райкома комсомола, сообщили, что меня приглашают на семинар областной молодёжной газеты. Директор отпустил, и я с радостью побежал домой. Мама не соглашается: куда ты, говорит, поедешь, ни денег нет, ни дороги не знаешь, заблудишься один-то! Ведь даже в районном центре в 12 километрах я только раз, наверное, побывал - участвовал в фестивале школьных художественных коллективов.

Но я настоял на своём: поеду! Нет нормальной одежды, побежал в соседний посёлок к племяннику, тот со слезами на глазах отдал мне на время школьный костюмчик и новую солидную шапку. Не знаю, как я натянул этот костюм: я учился в 7 классе, а мой племянник - во втором.

И вот я собрался в дорогу. В фуфаечке, в валенках, уже истоптанных (их мне два года назад в школе выдали). Не помню, как добрался до райцентра. В райкоме комсомола выдали деньги, на листочке бумаги нарисовали маршрут поездки и сказали: вот это будет твоим «паспортом»! Нашли попутную грузовую машину, автобусы тогда не ходили, а до железнодорожной станции Стальная (г. Омутнинск) расстояние более 80 км. Мне объяснили, что я должен сесть на поезд. А я не знаю, что это такое! Мне объяснили: это такая большая железная машина, которая пыхтит, пускает дым, из-под колёс пар идёт. На станции я без труда нашел поезд, который пар и дым пускает. В Кирове, как было написано в моём «паспорте», я должен сесть на троллейбус под номером один. Этот троллейбус, пояснили, представляет собой пассажирский транспорт, который ходит по проводам.

В Кирове я долго ходил вокруг железнодорожного вокзала в поисках троллейбуса, который «ходит по проводам». Высоко над головой много проводов, я представлял, что этот троллейбус «ходит» по воздуху, а на остановках опускает лесенку, и по ней пассажиры спускаются и поднимаются. Жду-жду троллейбус, а его всё нет. Зашёл в вокзал, а там мальчишки крутятся около тетеньки, которая чем-то вкусным торгует. Это вкусное - в стаканчиках. Ребята довольные - наверное, вкусно. Покрутился, посмотрел, как кушают, без ложечки, даже сам стаканчик едят, и тоже решился попробовать. Вкусно!

 

И снова выхожу на улицу. А троллейбуса, который «ходит» по проводам, всё нет. Тогда я решил: троллейбус - это тот, который за провода держится. Вот он - под № 1 - подошёл и я сел. Тётенька показала, как билет оторвать. Доехал до нужной остановки (как написано в моём «паспорте»), кажется, кинотеатр «Октябрь». Далее мне следовало зайти в 9-этажное здание и подняться, кажется, на 9-й этаж. Тетенька на первом этаже посадила меня в лифт (позднее я узнал, что это была тётя Оля - очень хороший человек!). На нужном этаже зашел в кабинет (актовый зал), где были люди и оформляли сцену. Долго я сидел в уголочке на последнем ряду, начало темнеть. Люди стали уже уходить. А я сижу, не ухожу, да и некуда мне уходить. Подошёл ко мне молодой человек (это был Олег Даусон) и говорит: «Мальчик, извини, на этой неделе кино не будут показывать, будет семинар». А у меня слезинки потекли из глаз: куда я, думаю, сейчас пойду? Обратной дороги не знаю, и денег нет.

Заметил молодой человек мои слёзки, спрашивает: что случилось? А я говорю: «Не знаю, как домой ехать».

-   А где ты живёшь? - спрашивает.

-   Далеко, в деревне Усть-Ченог...

Понял молодой человек - откуда и зачем я здесь (он таким добрым мне показался!), повёл куда-то в кабинет, закрепили за мной наставников (из числа взрослого актива газеты, которые приехали на семинар), чтобы я не потерялся, и с ними я отправился в Дом крестьянина.

Но на этом мои забавные приключения не закончились.

В один из дней вечером мы должны были пойти в кинотеатр «Победа». Но мои «телохранители» меня потеряли. Я вышел на улицу, темно (был месяц декабрь), иду по улицам, кругом огни светят. Иду в кинотеатр «Победа», а где он -     не знаю. Сколько шёл, не помню, подъезжает к краю тротуара «Волга» (такси), водитель открывает дверцу и предлагает сесть. Я не стал отказываться, и с удовольствием поехал. Спустя некоторое время спрашиваю: «Куда вы едете?»

-    Туда же, куда и ты, - отвечает водитель.

И я довольный, что он едет туда же, куда и мне надо. Не побоялся, сев в машину к незнакомому человеку. У нас в то время на деревенских дорогах любой водитель останавливался, посадит пешехода, и денег не возьмёт. Не имел я и понятия о преступлениях, которых у нас тогда не было.

Спустя несколько лет, уже после окончания школы, я узнал от тёти Оли, что это она, беспокоясь, чтоб я не потерялся, остановила такси, и попросила водителя найти меня и увезти в кинотеатр. Обрисовала, в чём я одет, и по какой улице возможно иду. Оплатила ему работу.

В кинотеатр меня не пустили: потребовали билет, которого у меня не было.

И опять я иду по улицам города, теперь уже в поисках Дома крестьянина. Иду, разглядываю вывески. Вдруг большая группа ребят подбегает ко мне и спрашивают: куда я иду? Я почему-то их испугался, и побежал, а они - за мной. Это оказывается были тимуровцы, они хотели мне помочь, а я не понял.

Кажется, в последний день семинара, Альберт Анатольевич повёз меня куда-то, там я расписался за что-то, наверное, за деньги. И мы поехали по магазинам. Альберт Анатольевич одел меня с ног до головы. Тут и нижняя, и верхняя одежда, и ранец, которого у меня никогда еще не было (я ходил в школу со старенькой холщевой сумкой). Много конвертов и бумаги накупили - писать заметки. А потом повёз к себе домой, наказал жене, чтобы она меня помыла, накормила. А потом сказал, что заедет и увезёт меня в кафе, где намечался приятный вечер для участников семинара. Жена Альберта Анатольевича приготовила для меня ванну и сказала, что потом придёт мне голову помыть, спину потереть. А я так перепугался: тетенька будет меня голого мыть?! Я обрадовался, когда увидел крючок и закрылся. А какие вкусные были блинчики с творогом, которыми угостила меня Ваша жена! Я впервые в своей жизни ел тогда блинчики с творогом, с тех пор они мне очень понравились и я сейчас часто так делаю.

Вечером Альберт Анатольевич заехал за мной. И вот я сижу в кафе. Кругом взрослые люди, о чём-то говорят, читают стихи... Олег Даусон посадил меня с собой рядом. Взрослые пили что-то крепкое, а мне Олег подливал кофе, и каждый раз не по полному стакану, а всего лишь на четверть большого стакана. Много раз подливал, и я залпом выпивал. Я думал что это чай, а кофе в то время помногу не пили. Позднее дома я говорил, что в Кирове жалеют чай...

Семинар закончился. А как меня отправить домой? Расстояние километров 350. Ждали, когда подвернётся попутчик. Прошло несколько дней. А пока я жил у Нины Шатровой. Помню, когда она привела меня к себе, я попал впросак. Дома она показывает рукой: здесь кухня, там - туалет. Кухня - это понятно, а мне захотелось посмотреть, что это за туалет? Какое это красивое слово! А когда увидел, понял, что я - дурак. У нас-то называют: уборная или нужник.

А в один из дней Олег повёл меня в художественную галерею, там представил меня собственным корреспондентом газеты и оставил на время на попечение экскурсовода. А та разрешила мне пройти по залам самостоятельно, и если что покажется непонятным, она потом подойдёт и объяснит. Я заволновался: надо найти что-то непонятное, неудобно же будет, когда подойдёт экскурсовод, а мне непонятного ничего не будет. И вот она подошла ко мне и спрашивает: всё ли понятно, я наугад показываю на картину «Охотники на привале», которая как раз была перед моими глазами.

- А что тут непонятного, - говорит она, - охотники присели отдохнуть.

Я был смущён... Но что делать - должно же быть что-то непонятное!

Наконец, подвернулся попутчик и меня отправили домой на самолёте. Упаковали мне мои старые вещи и подарки. Дома мама не сразу меня узнала: уехал деревенский мальчик, приехал по-городскому одетый парень...

Наконец-то, я пришёл в школу с ранцем... А ещё два года назад я похвалился своему хорошему однокласснику, что у меня тоже есть такой же ранец, как у него. И он мне не однажды задавал вопрос: почему я ранец не ношу? Теперь он не задаёт мне вопросы.

Так получилось в моей жизни, что я всегда иду рядом с Вами: журналистика, работа с детьми, а недавно мне попал журнал «БОЖИЙ МИР», автором и руководителем проекта являетесь Вы. Вот так на всём своём жизненном пути я встречаюсь с Вами. Заочно. Оказывается, как мало надо ребёнку - только лишь внимание, понимание, участие (может быть, на миг), но это доброе, посеянное в его душу в детстве, прорастает и ведёт всю жизнь.

Минувшее лето я провёл в своей родной деревне в Кировской области. Родительский дом уже давно опустел. А какое красивое это место! Дом на берегу Камы, рядом колодец, баня по чёрному, недалеко природный родничок бежит. Места-то там хорошие, да жить можно лишь только пенсионерам. Работать негде. Колхоз ликвидировали, всё, что было растащили. Земля зарастает. Речки мелеют, а раньше при колхозе луга и берега расчищали. Рядом был лесопункт, его тоже ликвидировали. Нижний склад с пилорамой заброшен, рядом огромные штабеля леса гниют. Кругом сплошной запой, молодые работоспособные люди превращаются в лиц без цели жизни, без будущего. И ведь такое по всей стране. И в Кировской области, и в Пермской и везде.

Когда Путин в должности Президента подписал закон о продаже лесов в частные руки, рассказывают, что в Афанасьевском районе объявился человек издалека, скупил на аукционе леса, и теперь местным жителям приходится арендовать делянки у этого бизнесмена, который никакого труда не вкладывает, но имеет большой бизнес от аренды. Вот так на своей земле люди стали чужими. Да и большинство нынешних законов в основном направлены не для нормальной жизни населения России, а для «бизнеса», для абрамовичей и прочих. Разрушаются деревни и сёла, закрываются школы. И все «Национальные программы» - лишь пустышка, чтобы увести людей от проблем, закрыть глаза, а в это время гибнет Россия, русское население.

Мне противны такие «реформы», и я по мере своих возможностей стараюсь не быть пассивным к тому, что творится. Участвую в общественной жизни.

Ещё раз хочу сказать Вам спасибо за то, что Вы благотворно повлияли на мою судьбу, за то, что Вы есть! Желаю Вам здоровья, успехов в Вашем благородном и востребованном деле.

С уважением,

Некрасов Николай Алексеевич

618740, Пермская обл., г. Добрянка,

ул. Советская, 72-42

 

 

 

 


← к разделу «Новости»